| |
8 a.m to 8 p.m
Вход | Регистрация
Подать объявление

642

Путь от хирурга в СССР к врачу-реабилитологу в США

Продолжение статьи

В США подготовка к  медицинским экзаменам  и сам процесс их прохождения занял у меня, как и у большинства моих коллег, около двух лет. Вскоре после начала подготовки стало понятно, что столь пугающие иностранных врачей своей совершенно незнакомой для нас системой сдачи экзамены эти одолеть все-таки возможно.
Примерно в это же время возник вопрос, в какую именно резидентуру следует стараться попасть. Вероятность быть принятым в ортопедическую программу отпала практически сразу.
Выяснилось, что конкурс в подобную резидентуру составляет около ста человек на место, притом почти все желающие — недавние выпускники различных медицинских школ США. Родители многих из них сами долгие  годы работали врачами и, соответственно, нередко имели крепкие связи с теми из своих однокашников, кто решал вопросы приема. Врачу-иностранцу, пусть даже и с многолетним опытом работы, пытаться пробиться через эту систему было бы просто пустой тратой времени.
То же самое подтвердили мне и два знакомых доктора, попавших в Америку на несколько лет раньше меня. Один из них, врач — ортопед из Англии, второй из Голландии, и тот и другой с серьезным стажем работы по специальности. Оба они в тщетных попытках потратили лет 5-6, но попасть в ортопедическую резидентуру по их бывшей специальности им так и не удалось. Зато они выяснили, что самой близкой к тому, чем они, как и я сам, занимались до иммиграции,  в США является специальность врача реабилитологии попасть в нее существенно проще.
После недолгих раздумий я решил последовать их совету и мне,  примерно к середине первого года интернатуры, удалось найти место именно в подобной  программе при медицинском центре Бостонского университета.  Полное название этой резидентуры звучало так: Физическая Медицина и Реабилитация.

Довольно скоро стало понятно, что из всех возможных вариантов, выбранное мной направление было самым верным. За исключением того, что врачам-реабилитологам, как правило, вход в операционную заказан, контингент их пациентов очень сходен с тем, с которым имеют дело хирурги-ортопеды. Критическая разница между ними заключается  в  том, что когда это возможно, реабилитологи стараются найти решение проблемы  не с помощью скальпеля, а более бескровными и, соответственно, существенно более безопасными и менее болезненными способами.
В 1995 году, закончив положенные четыре года обучения, я начал работать в группе врачей — ортопедов. Идея такого сотрудничества была двоякой: я, имея довольно большой хирургический опыт работы в Союзе, смогу направлять к ним для возможной операции тех  пациентов, кому подобное вмешательство действительно необходимо, а они, в свою очередь, посылают ко мне на консультацию и лечение тех, кому по различным причинам хирургическое лечение не показано.


Такой здравый подход очень скоро подтвердил свою эффективность, и в течение многих лет наши рабочие отношения принесли пользу многим и многим пациентам. В дополнение к этому, по ходатайству моих новых коллег-ортопедов, руководство госпиталя сделало редчайшее исключение из правил, и разрешило мне, хотя только и  в качестве врача-ассистента, участвовать в сложных  ортопедических, а позже и в нейрохирургических операциях. Для меня, после нескольких лет вынужденно перерыва, попасть в привычную, царящую в операционной  атмосферу, было подобно ощущениям  вернувшегося в отчий дом блудного сына.
Огромную пользу в моей работе сыграло еще и то, что удалось увидеть и близко познакомиться с практически незнакомой до этого хирургической техникой операций, «умными», доселе невиданными инструментами, а главное — иметь возможность лично наблюдать, как впоследствии происходит восстановительное лечение оперированных больных.
Подобное уникальное сочетание консервативной и хирургической практики дало мне существенно более широкое понимание того цельного  процесса, в котором хирургическое вмешательство играет  важную, но далеко не единственную роль. А ведь до этого в течение многих лет я, как и многие другие хирурги, наивно считал, что большинство ортопедических проблем и связанных с ними болей следует решать именно с помощью скальпеля, подразумевая, что после нашего вмешательства они исчезнут навсегда.
Выяснилось, однако, что довольно часто операции, и особенно хирургические вмешательства на позвоночнике, ни только не избавляют пациентов от страданий, но делают их проблемы много хуже. Более того, помочь больному после проведенного вмешательства оказывается уже значительно труднее. И тогда оперировавший врач «странным образом» оказывается существенно менее заинтересован в судьбе своего пациента, чем он был до операции.
Таким образом, значительное количество  уже прооперированных пациентов попадает в крайне трудное положение: новое хирургическое вмешательство им больше не показано, проблема боли, вместо того чтобы стать лучше, стала только хуже, а доктор, еще недавно делавший столь оптимистичные прогнозы, неожиданно начинает разводить руками, отводить глаза, и ссылаться на статистику. В подобную ситуацию, естественно, имеют шанс попасть больные с самыми различными ортопедическими проблемами, но, в первую очередь, это касается людей с болями в таких отделах позвоночника, как шейный или поясничный.
В течение первых пяти — шести лет в моей практики подобных страдальцев появилось такое количество, что пришлось отказаться от столь любимых ассистенции на ортопедических и нейрохирургических вмешательствах, и полностью посвятить себя работе в офисе: ни для чего другого уже  просто не оставалось времени.
В эти же годы постепенно, как бы само собой, наметился тот профиль работы, который в дальнейшем оформился в  чрезвычайно необходимую, необыкновенно интересную и, к сожалению, весьма противоречивую специальность лечения пациентов с различными видами тяжелой хронической боли.

О связанных с этой областью медицины проблемами и сложностями, но главное, о  возможностях эффективно помочь большей части этой  огромной армии  незаслуженно страдающих людей я и хочу рассказать. Практически все, о чем пойдет речь ниже, связанно с моим личным опытом, и основано — на тех методах и результатах лечения, которые  много лет проводились в нашем центре по нехирургическому лечению боли. В ретроспективе, однако, я думаю что их успех в первую очередь завесил от той  нехитрой философии которая, будучи  с самого начала  внедрена в ежедневную практику, помогала избегать ненужного для больных риска и, даже в самых трудных случаях, позволяла, иногда буквально, поставить их на ноги.

Joseph Zolot

Автор на BAZAR.club

Подписывайтесь на новости!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Поиск